Каталог Храм во имя святителя Алексия, митрополита Московского Публикации История одного колокола

Храм во имя святителя Алексия, митрополита Московского

Черепаново, Пролетарская ул., 81


История одного колокола

 




В Музее колокольного звона, что находится в Сибирском центре колокольного искусства, хранится один примечательный колокол. А примечателен он тем, что из всех датированных колоколов-экспонатов он – самый старый. У колокола необыкновенная форма головы, большие уши, острое плечо. Редкий и необыкновенно изящный декор – лента тонких лепестков и короткая надпись «ROKU 1817».

Кампан, колокол, Черепаново, Алексей Талашкин, ROKU 1817»

Голос этого кампана когда-то вплетался в общее пение колокольного подбора черепановского храма в честь Всех святых, в земле Сибирской просиявших. Но, – иногда это случается, – и колоколу наступает предел. А разбитый, он уже не пригоден к звону. Он был снят с колокольни и передан в музей. Тут-то он еще может послужить! Как? А сам по себе. Он ведь загадка: где был отлит? Кем? Почему такая необычная форма? И, самое, главное, откуда латиница на теле?

Потом, когда мы будем писать статью о нашем музее в научный сборник, мы так опишем эту находку: «Самый крупный и самый старый колокол в коллекции, имеет классические красивые, строгие очертания и гармоничные пропорции. Он покрыт зеленовато-серой патиной. Металл мелкозернистый, несколько белесый, очень хорошего качества литья. По всей вероятности, исходя из формы и качества металла, колокол обладал очень хорошим звуком, но без специальной методики удостовериться в этом нет возможности, так как колокол поврежден. Нижний край  по дуге в 16 сантиметров отколот. С другой стороны колокола от низа почти через всю поверхность проходит вертикальная трещина, раздваивающаяся на конце. Колокол имеет шесть достаточно массивных скругленных ушей. Сохранилась часть оригинального языка (круглый в сечении кованый стержень, 2/3 от общей длины языка, с утолщением и петлей на свободном конце).

В верхней части колокола два тонких декоративных валика отделяют две гладкие полосы. Между валиками отлита надпись латинскими буквами «ROKU 1817». Под вторым валиком расположен орнаментальный фриз с зубчатым завершением по низу. Внутри зубцов – растительный орнамент в виде свисающих вниз цветов наподобие колокольчика, обрамленных тонкими закручивающимися усиками. Рельеф орнамента невысокий, но хорошо просматривающийся, очень тонкий и изящный. Линия зубцов подчеркнута узкой каемкой с удлиненными бусинами. Ряд похожих бусин пропущен по верхнему краю орнамента. По юбке колокола проходят еще несколько валиков. В целом колокол оформлен достаточно строго и сдержанно»

Как-то мне один звонарь сказал: «Я не люблю читать надписи на колоколах». Мне тогда показалось это даже не странно – дико! «А я люблю читать надписи на колоколах» – ответил я ему тогда. Вот, например, на одном из наших музейных колоколов имеется надпись «УРИЦ». Буквы четкие, красивые. Надпись эта не отлита, не вырезана, а выбита. Такое ощущение, что для этого использовались типографские гранки. Что значит «УРИЦ» – это загадка, которую еще предстоит решить. И этот наш «латинянин» тоже хранит свою тайну. Как ее разгадать? Попробую самым простым и доступным способом – с помощью интернета. Я набираю в поисковике «колокол ROKU 1817». И самый первый выданный компьютером результат превосходит все ожидания. Во-первых, я узнал, что «Заболоть – столица нашей родины!». А во-вторых, именно в этом маленьком белорусском городке нашли родных братьев моего «латинянина».

Кампан, колокол, Черепаново, Алексей Талашкин, ROKU 1817»

 

19 марта 2009 года белорусская Заболоть загудела: колокола нашли! «Сенсация! Найдены спрятанные колокола! Возле больницы строят новую котельную, так как отопление электричеством стало очень дорогим и невыгодным. Ведутся земляные работы, и сегодня раскопали спрятанные давным-давно колокола. Нашли четыре колокола, говорят, есть еще два. Сенсация моментально облетела нашу Заболоть, но не все смогли увидеть находку: колокола забрала милиция. Их должны исследовать. Самый важный вопрос – получит ли их обратно католический костел? На большом колоколе видна надпись, ее можно прочитать, если увеличить фотографию. Там четко видна дата и год 1817».

Мы связались с Заболотью, порадовались их находке, сообщили о нашей. Обменялись фотографиями. А через некоторое время нам пришло письмо из Прибалтики.

«Вам пишет ученый из Литвы, который заинтересован в старых колоколах. Я случайно нашел ваши письма в блоге «Заболоть – столица нашей родины!» Я могу подтвердить, что Ваш колокол на самом деле отлил Андрей Влодковский, который работал между 1799 – 1830 г.г. в Ружане (теперь Ружаны есть и в Белоруссии, и в Польше). Я знаю более двадцати колоколов этого мастера, которые находятся в Белоруссии, Литве и Польше. Этот мастер отливал колокола не только до католических костелов, но и в униатские церкви, как гласит надпись на одном колоколе «СЛИЛЪ АНДРЄЙ ВЛОДКОВСКЙ В РОЖАНЄЙ РОКУ БОЖІЯ 1827». Ваш колокол попал в Сибирь во время Первой мировой войны, когда все колокола из Литвы, Белоруссии, Латвии и Польши были вывезены в глубину России, чтобы не попали в немецкие руки, и из них не были изготовлены патроны. Я был бы признателен, если Вы сможете померить ваш колокол: диаметр внизу, окружность верхней части корпуса и высоту корпуса.

Заранее благодарен,  Гинтаутас  Заленас».

Кампан, колокол, Черепаново, Алексей Талашкин, ROKU 1817»

В Минске трудится кампанолог Елена Шатько. В 2014 году вышла ее книга «Колокола и колокольные звоны православных храмов западных регионов Беларуси: история и современность». Во время многочисленных экспедиций она также находила колокола Владковского. А точнее, Владковских. Можно с уверенностью говорить, по крайней мере, о двух братьях Владковских – Андрее и Михаиле. Причем отливали они колокола не только Ружанах, но и в Венгрове (ныне территория Польши). Династия Владковских продолжала колокололитейное дело до революции. В № 52 «Литовских епархиальных ведомостей» за 1890 год опубликована реклама следующего содержания: «Колокольный завод А. Владковского в городе Венгрове Седлецкой губернии отливает новые и переливает старые колокола всякого размера по возможно заниженным ценам с доставкой по железной дороге на указанные в адресе станции. За изображение святых на колоколе и за надписи не платится». Владковский профессионально подходил к заказчику и предлагал в случае желания иметь гармоничный звук колоколов внутри подбора, при заказе сообщать размеры, вес и тоны уже имеющихся колоколов.

Как же попал колокол в Сибирь?  Наиболее правдоподобной является версия эвакуации во время Первой мировой войны. Со всех захваченных территорий немцы активно забирали колокола и переправляли их в Германию, где и переплавляли их на военные нужды. По приказу военных властей в 1914 году была проведена массовая эвакуация имущества белорусских церквей в Центральную Россию. Колокола, иконы, метрические книги – всё подлежало эвакуации. Первоначально планировалось, что по окончании войны имущество вернется на места. Однако революция 1917 года не дала осуществиться задуманному. Множество колоколов было привезено в Москву и Петроград, а оттуда, видимо, могли колокола разойтись и еще дальше – в Сибирь.

 

Алексей Талашкин,

Заместитель руководителя Сибирского центра колокольного искусства

 

 

Надпись на колоколе, найденном в Заболоти.

«Хостык Никодим Нарбут президент комиссии (символы «Q:» «W:» не знаю, что обозначают) Лидского повета приносит дар Вороничскому костелу 24 июля 1817 года. Отливал Андреас Влодковски».

http://zabolot.blogspot.com/2009/03/blog-post_19.html

Метки: ,